Постановление №141 «О применении контрольно-кассового оборудования при осуществлении расчетов» было одобрено Правительством РМ 27 февраля 2019 г. Этим же Постановлением Правительство утвердило Положение об эксплуатации контрольно-кассового оборудования при осуществлении наличных денежных расчетов и/или посредством другого платежного инструмента, которые вступили в силу 15 апреля 2019 г. Как и ранее действовавшие документы по ККМ, Постановление №141 содержит ряд запретов для операторов и кассиров. Так, запрещается иметь в кассе личные деньги и деньги, не учтенные в ККМ (п.п. 4 п. 22 Положения). Санкции за нарушение правил использования ККМ установлены ст. 254 Налогового кодекса (НК) и ст. 293¹ Кодекса о правонарушениях (КП). Среди прочих нарушений (невыдача чека, прием денег без ККМ), установлен и штраф за излишек (недостачу) в кассе ККМ. Государственная налоговая служба провела проверку торгового предприятия. В ходе проверки выявлен излишек в кассе ККМ на сумму в 120 леев. По факту нарушения составлен акт. Рассмотрев акт проверки, ГНС применила в отношении предприятия несколько санкций: – штраф в размере 5 000 леев по ст. 254 НК (излишек денег в кассе) – штраф в размере 5 000 леев за воспрепятствование налоговому контролю (ч. 1 ст. 253 НК). Директор обратилась с предварительным заявлением в ГНС и получив отказ в пересмотре решения, обратилась в суд. В ходе судебного заседания она потребовала аннулировать акт проверки и освободить предприятие от налоговой ответственности, предоставив суду следующие аргументы: 1. Предприятие привлечено к налоговой ответственности, а его директор – к административной. Директор оштрафована на 1500 леев. Основание штрафа для директора является ст. 293.1 ч. (5) КП (наличие излишка в лотке для денег ККМ или в другом месте, специально предназначенном для получения и временного хранения денежных средств от текущей деятельности). Директор пояснила, что уже выиграла процесс по штрафу ст. 293.1 ч. (5) Кодекса о правонарушениях. На состоявшемся ранее заседании суд аннулировал протокол об административном нарушении. Решение вступило в силу, является окончательным. Состав административного нарушения и состав налогового нарушения абсолютно схожи (предприятие и директор наказаны за излишек денег в кассе ККМ). Поскольку суд аннулировал административный протокол в отношении директора, отпали основания для налоговой ответственности предприятия. 2. Директор пояснила, что не согласна с выводами, закрепленными в акте проверки. Сумма в 120 леев была найдена не в кассовом аппарате, а на столе. Их служащие инспекции посчитали излишком, а они предназначались для оплаты товара, приобретенного у иного экономического субъекта. Купленный товар предполагалось продать в магазине. Директор настаивала, что представила проверяющим квитанцию (bon de plata) и налоговую накладную, которой подтверждалось, что товар приобретен за сумму в 96 леев. Оставшаяся сумма не могла стать основанием для штрафа. 3. Штраф за воспрепятствование налоговым инспекторам (ч. (1) ст. 253 НК) необоснован. В акте, составленном налоговыми инспекторами, нет, к примеру, показаний свидетелей или других лиц. Акт подписали сами инспектора. Факт воспрепятствования не подтвержден доказательствами. 4. В ходе проверки нарушено право общаться с проверяющими на доступном языке. Акт проверки и решение ГНС составлены на государственном языке. Директор пояснила, что государственным языком не владеет, а переводчика ей не обеспечили. Представители ГНС отказались признать требования директора и настаивали на штрафных санкциях для фирмы. Районный суд, заслушав стороны дела, отклонил заявление и оставил в силе решение о штрафе. Директор подала апелляцию. Апелляционная палата, рассмотрев жалобу, отклонила требования налогоплательщика. Действия сотрудников ГНС признаны законными. Апелляционная палата обосновала свое решение следующим образом: 1. Из материалов дела установлено, что директор не обеспечила доступ сотрудников ГНС к складским помещениям и не предоставила налоговым служащим пояснения. Позднее, несмотря на врученную повестку, она отказалась явиться в офис ГНС. 2. Касательно отмены протокола об административном правонарушении установлено, что он был составлен в отношении физического лица, а акт проверки касается лица юридического, то есть предприятия. Апелляционная палата обратила внимание сторон дела на причину отмены протокола об административном нарушении. Отмена протокола произошла не потому, что было доказано отсутствие нарушения. Суд установил, что протокол не соответствует процессуальным нормам, и аннулировал его как документ, составленный с отступлением от процедуры и отклонила аргумент, что, вследствие отмены протокола о правонарушении возникли основания для освобождения юридическое лицо от налоговой ответственности. Привлечение налогоплательщиков к ответственности за совершение налогового нарушения не освобождает от ответственности за правонарушение, от уголовной или от иной ответственности, предусмотренной законодательством (ч. (3) ст. 233 НК), а составление протокола с процессуальными ошибками не может служить доказательством отсутствия фискального нарушения. 3. Апелляционная палата отклонила аргументы истицы о том, что в ходе проверки ей не был предоставлен переводчик. Директор расписалась в акте том, что ознакомлена с актом проверки. Из материалов дела установлено, что директор приобретает товар по налоговым накладным, в которых наименования товара изложены на государственном языке. В предварительной жалобе, адресованной ГНС, директор не упоминает, что она не владеет государственным языком. Ей было предоставлено право дать пояснения, явившись в ГНС лично, но, проигнорировав повестку, директор не явилась для дачи пояснений. Апелляционная палата признала законными акт о проверке и решение ГНС о штрафе. Кассационная жалоба, поданная в Высшую судебную палату, также была отклонена, решения первых судебных инстанций осталось в силе.