Бюджетный отдел Конгресса США (CBO) только что сообщил плохую новость: национальный долг сейчас растет быстрее ВВП, и соотношение этих величин приближается к такому, которое мы привыкли связывать, скорее, с Италией или Испанией. Это подтверждает мою точку зрения о том, что бюджетный дефицит – наиболее серьезная проблема, стоящая перед американскими политиками. Десять лет назад федеральный долг составлял всего лишь 35 % от ВВП. Сейчас он почти вдвое больше, и в 2016 году, по прогнозу, достигнет 86 %. Но это только начало. Дефицит годового бюджета, запланированный на 2016 год, составляет 5 % от ВВП. Если он останется на этом уровне, процент долга в конце концов вырастет до 125 %. Даже этот прогноз предполагает, что процентные ставки по национальному долгу будут увеличиваться медленно и в среднем составят менее 3,5 % в 2026 году. Но если соотношение долга к ВВП действительно ускоренными темпами приближается к трехзначному, то у инвесторов в США и за рубежом могут возникнуть обоснованные опасения, что правительство утратило контроль над процессом формирования бюджета. При взрывном росте долга зарубежные держатели ценных бумаг могут начать беспокоиться, что США найдут способ уменьшить реальную стоимость этих бумаг, раздувая инфляцию или вводя налоговые удержания со всех дивидендов по государственным облигациям. В этом случае инвесторы будут настаивать на премии за риск: более высоким процентным ставкам по долгу Казначейства. Более высокие процентные ставки, в свою очередь, увеличат дефицит – а следовательно, и будущий процент долга – еще больше. Высокий и продолжающий расти уровень национального долга вредит экономике США многими способами. Для выплаты процентов необходимо повышение федеральных налогов или увеличение бюджетного дефицита. В 2016 году проценты по национальному долгу составляют почти 16 % от поступлений за счет подоходного налога с граждан. К 2026 году планируемые проценты по национальному долгу составят уже почти 31 % от этой суммы, даже если процентные ставки будут расти так медленно, как заложено в прогнозе CBO. Зарубежные инвесторы сейчас владеют более чем половиной государственного долга, и эта пропорция, вероятно, будет продолжать увеличиваться. Даже если сейчас они охотно принимают новые облигации в уплату процентов по старым, наступит момент, когда США вынуждены будут платить за счет превышения экспорта товаров и услуг над импортом. А для стимулирования экспорта потребуется снижение курса доллара, чтобы американские товары стали более привлекательны для зарубежных покупателей; но одновременно импортные товары станут дороже для американцев, то есть их уровень жизни упадет. Рост займов федерального правительства означает также вытеснение частного сектора. Снижение объема кредитов частных фирм и капиталовложений с их стороны ведет к замедлению роста производительности и реальных доходов в будущем. Поэтому важно найти способы уменьшения дефицита бюджета и минимизации соотношения долг-ВВП в будущем. К счастью, относительно небольшое снижение дефицита может привести к значительному уменьшению этого соотношения. К примеру, если снизить дефицит до 2 % от ВВП, это привело бы к тому, что соотношение долг-ВВП постепенно снизилось бы до 50 % к 2026 году. Сокращение дефицита требует снижения государственных расходов, увеличения поступлений, либо того и другого. Ни то, ни другое в политическом смысле не дастся легко; но ничего невозможного в этом нет. Сократить расходы стало труднее из-за того, что некоторые издержки уже подверглись сокращению. Доля оборонных расходов в ВВП снизилась с 7,5 % в 1966 году до 3,2 % в этом году и, согласно прогнозам CBO, в течение следующего десятилетия уменьшится до 2,6 %. Это будет рекордно малый показатель со времен второй мировой войны, соответствующий, по мнению военных экспертов, опасно низкому уровню. Другие расходы распределены между ежегодно выделяемыми ассигнованиями (известными под названием необоронных дискреционных расходов) и программами, расходы по которым вытекают из установленных правил, не пересматриваемых ежегодно (известными как «обязательные» программы расходов, в первую очередь выплата пенсий и расходы на здравоохранение). Необоронные дискреционные расходы также приближаются к 2,6 % ВВП – и это тоже рекордно низкая доля со времен второй мировой войны. Быстро росли именно обязательные программы, что и привело к росту дефицита. Их доля в ВВП, составлявшая только 4,5 % в 1966 году, сейчас равна 13,3 % и, по прогнозу, достигнет 15 % в 2026 году. Эти программы главным образом представляют собой льготы для пожилых граждан среднего класса, а не благотворительные программы, направленные на относительно бедные слои населения. Вот почему большинство экспертов согласны, что замедление роста этих так называемых «положенных» программ должно быть частью плана сокращения будущего дефицита. Федеральные налоги сейчас составляют 18,3 % от ВВП и, по оценке, останутся на этом уровне в течение следующего десятилетия, если не изменится налоговое законодательство или ставки. Структура ставок налогообложения граждан на протяжении прошедших 30 лет менялась, причем максимальная ставка поднялась с 28 % в 1986 году до более чем 40 % сегодня. Налог для корпораций в размере 35 % уже и так самый высокий среди промышленно развитых стран. Более высокие предельные ставки налогообложения ослабляют стимулы и искажают экономические решения. Вот почему как я, так и другие, задумывающиеся о сокращении дефицита, сосредоточивают внимание на изменении правил налогообложения, чтобы ограничить особые статьи затрат, так называемые «налоговые расходы», отражающие расходы государства, заложенные в налоговый кодекс. Эти статьи варьируются от небольших, таких как предоставление налогового кредита в 7500 долларов покупателю электромобиля, до крупных (например, вычет за проценты по ипотеке и исключение выплат на медицинское страхование наемных работников из налогооблагаемого дохода нанимателя). Один только вычет по ипотеке уменьшит налоговые поступления в 2016 году на 84 миллиарда долларов, или более чем на 5 % от общей суммы налогов на личный доход. Исключение взносов по медицинской страховке приведет к снижению поступлений более чем на 200 миллиардов долларов, или примерно на 15 %. Никаких попыток уменьшения дефицита не будет предпринято до президентских выборов этого года. Но когда в следующем году новый президент приступит к своим обязанностям, одними из важнейших приоритетов в его повестке дня должны быть сокращение дефицита за счет контроля расходов и налоговых поступлений. Copyright: Project Syndicate, 2016.