В этом месяце намечаются два важных события: президентские выборы в США 8 ноября и первое «осеннее заявление» британского министра финансов Филипа Хэммонда 23 ноября. Конечно, последнее событие будет не таким важным, как первое, но, тем не менее, оно будет иметь важные последствия не только для Великобритании. Проблемам экономики в этом году приходится конкурировать с более эмоциональными темами, в частности, с переходящей на личности критикой во время американских выборов, а также решением британских избирателей выйти из Евросоюза. Но и в Британии, и в США – и, конечно, не только в этих двух странах – мы можем ожидать учащения разговоров о необходимости более активной бюджетной политики, особенно в сфере инфраструктуры. В коммюнике, опубликованном группой мировых лидеров после сентябрьского саммита «Большой двадцатки», неоднократно упоминаются шаги по повышению темпов мирового роста за счёт инфраструктурных инвестиций, а также доказывается необходимость улучшения координации в области монетарной, фискальной и структурной политики. Хотя последние данные из США и Китая (и, что удивительно, даже из еврозоны и Британии) свидетельствуют о том, что в четвёртом квартале темпы роста ВВП могут повыситься по сравнению с вялыми показателями предыдущих кварталов этого года, существуют, тем не менее, серьёзные аргументы в пользу новых мер по укреплению мировой экономики. Работа во главе британской Комиссии по антимикробной резистентности (АМР), а также давние и серьёзные размышления на тему образовательных инициатив, привели меня к выводу, что сейчас настало время для более смелых решений долгосрочных и циклических проблем, особенно в развивающихся странах. А недавняя статья Джеффри Сакса «О пользе устойчивых инвестиций» лишь укрепила мою убеждённость в том, что сейчас правительствам и ключевым организациям, занимающимся финансированием развития, представился невероятный шанс. Бюджетная активность не должна ограничиваться инфраструктурой. Как выяснила наша Комиссия по АМР, мировой ВВП может потерять $100 трлн в течение следующих 34-х лет, если мы не предпримем ряд шагов в сфере здравоохранении в период до 2050 года. Эти меры будут стоить примерно $40 млрд в течение десятилетия. Иными словами, инвестиции, необходимые для предотвращения потери $100 трлн мировой экономикой, будут стоить меньше, чем 0,1% текущего мирового ВВП. Как заметил один мой проницательный друг-инвестор, это соответствует доходности в размере 2500%. Инвестиции в здоровье и образование критически важны для долгосрочных перспектив в развивающихся странах. Будучи человеком, тесно связанным со странами БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка), мне кажется совершенно очевидным, что Новый банк развития (или Банк развития БРИКС, как он раньше назывался) может и должен содействовать сотрудничеству этих и других развивающихся стран в данных сферах. Комиссия по АМР пришла к выводу, что к 2050 году 10 миллионов человек будут умирать ежегодно из-за инфекций, устойчивых к лекарствам, при этом устойчивые к медикаментам штаммы туберкулёза станут причиной 25% этих смертей. Представляется вполне разумным, если Новый банк развития (НБР) объявит о мерах поддержки фармацевтических исследований в области новых способов лечения туберкулёза и разработки вакцин (речь идёт, в первую очередь, о штаммах, устойчивых к лекарствам), поскольку туберкулёз особенно часто встречается в странах БРИКС. Без проактивных подходов, помимо стран БРИКС, другие страны с низким уровнем доходов, которым НБР пытается помочь, также пострадают это этих инфекций, причём даже в большей степени. Многие жители стран БРИКС и стран с низким уровнем доходов не имеют доступа к качественному начальному образованию, поэтому резоны для существенного увеличения расходов в этой сфере также должны быть очевидны. Об этом же пишет и Джеффри Сакс. А бывший премьер-министр Великобритании Гордон Браун, который сейчас стал Специальным посланником ООН по вопросам глобального образования, призывает к использованию более креативных методов финансирования и социального предпринимательства в этом секторе. НБР, Всемирный банк, Международная финансовая корпорация, Азиатский банк инфраструктурных инвестиций – все эти организации должны подумать о курсе на более активную бюджетную политику, который сейчас формируют для себя развитые страны. Им следует прочертить эту курс дальше, поскольку все их приоритетные политические задачи в конечном итоге взаимосвязаны. На Западе поворот к повышенной бюджетной активности стал следствием всеобщего признания того факта, что активная монетарная политика исчерпала запас своей полезности, по крайней мере, сравнительной. Конечно, с технической точки зрения центральные банки должны делать всё возможное для достижения целевой инфляции, однако избыточное количественное смягчение привело к большим издержкам и, как представляется, оно пошло на благо немногим в ущерб многим. Поскольку срок годности активной монетарной политики истёк, активная бюджетная политика, в том числе увеличение расходов на инфраструктуру, является одним из немногих оставшихся вариантов. Но это совсем не бесплатный сыр, как зачастую обещают многие сторонники данной идеи: власти не могут игнорировать высокий уровень госдолга в большинстве стран развитого мира. Будет интересно посмотреть, как Хэммонд вырулит на путь повышения инфраструктурных расходов, сохраняя при этом верность принципам бюджетной ответственности, являющихся частью платформы Консервативной партии. А в США, если посмотреть сквозь туман предвыборного позора, можно увидеть, что обе стороны поддерживают идею увеличения инфраструктурных расходов. Если это так, то следующая администрация США (вне зависимости от того, кто выиграет), а также новое руководство Великобритании, пытающееся продемонстрировать свою «открытость» после Брексита, должны будут расширить свою бюджетную активность за рамки обновления инфраструктуры внутри страны до решения проблем глобального развития в целом. К примеру, получив достаточную поддержку, Всемирный банк мог бы создавать новые инвестиционные инструменты, в частности, облигации для борьбы с АМР и для инвестиций в глобальное образование. Эти инструменты позволили бы поддержать будущее развитие и спасти мировую экономику от тех потерь, которые ей грозят. США и Великобритания должны продемонстрировать, что они способны выйти за рамки своих крайне эмоциональных (и, честно говоря, узколобых) внутриполитических проблем. Им следует при этом помнить, что без экспортных рынков, которые представляют собой страны БРИКС и другие развивающиеся государства, любые попытки ребалансировки экономики окажутся пустой затеей. Copyright: Project Syndicate, 2016.