АМСТЕРДАМ – Вопрос, как облагать налогами бизнес, который становится всё более глобальным и цифровым, является ключевым для будущего трансграничной торговли и инвестиций. К сожалению, для ведущихся сейчас дискуссий характерна запутанность и сложность, и их прояснению не способствует популистская политическая реакция, демонизирующая цифровой бизнес. Примером номер один является предложение Еврокомиссии, впервые опубликованное в марте 2018 года, ввести в ЕС налог на цифровые услуги (DST). Эта мера нацелена главным образом на транснациональных технологических гигантов, чья корпоративная структура позволяем им выкачивать прибыли, полученные от предоставления цифровых услуг, в юрисдикции с низкими налогами. Но если налог DST действительно вступит в силу, самую высокую цену придётся заплатить стартапам и цифровым экосистемам самой Европы. Мы являемся компанией, которая работает на глобальном рынке, и ограниченность представлений о будущем бизнеса, воплощённая в предложении Еврокомиссии, вызывает у нас целый ряд тревог. Именно поэтому мы должны целиком и полностью отвергнуть идею DST. Предлагаемый налог DST, а также поспешные попытки ввести цифровые налоги, предпринятые в нескольких странах ЕС, отражают устаревшие представления, будто цифровые компании чем-то отличаются от компаний традиционного бизнеса. Целые отрасли экономики становятся цифровыми, поэтому проведение такого различия начинает выглядеть нелогичным. Попытки сохранить этот подход грозят нанести серьёзный долгосрочный ущерб европейскому бизнесу и экономике стран ЕС. Согласно действующим правилам международного корпоративного налогообложения, у бизнеса можно облагать налогом только прибыли, которые он получил в стране, в которой физически находится. Но это не относится к случаям, когда торговля осуществляется цифровым образом. В часто горячих дискуссиях по этому вопросу формируется имидж крупных транснациональных технологических компаний, которые получают прибыль на местных рынках и пользуются местной инфраструктурой, но при этом не имеют никаких налоговых обязательств. Эти рассуждения, которые становятся повсеместными, способствовали появлению предложения Еврокомиссии ввести общеевропейский налог DST в рамках более широкой реформы корпоративного налогообложения с целью охватить любое значительное операционное присутствие цифрового бизнеса. Но вместо создания налоговой системы, которая была бы справедливой и поддерживающей бизнес, налог на цифровые услуги с большой долей вероятности будет сокращать выгоды и возможности, открывающиеся благодаря цифровой экономике перед компаниями и потребителями. Предлагаемый налог на цифровые услуги (DST), который называют временным решением в ожидании заключения соглашения о глобальных мерах, имеет два конкретных недостатка. Во-первых, налогообложение бизнеса, исходя из объёма его выручки, а не полученной прибыли, создаст нестерпимо более тяжёлое налоговое бремя для предприятий с низкими прибылями и высокими оборотами. Вместо удара по технологическим гигантам, которые были выбраны его мишенью, налог DST, практически несомненно, станет тормозом для многих европейских технологических стартапов, превратившихся в глобальных лидеров в своей области. Такой принципиально несправедливый подход исказит конкурентную среду, ослабит предприятия и экономический рост в странах ЕС. К сожалению, лидеры Евросоюза слишком сосредоточены на борьбе с корпоративными структурами некоторых глобальных техно-брендов, и это мешает им увидеть отрицательные долгосрочные последствия налога на цифровые услуги для роста европейского бизнеса. Вторая проблема – вероятное появление разношёрстных мер в сфере налогообложения цифрового бизнеса, причём как внутри, так и за пределами ЕС. Еврокомиссия утверждает, что предлагаемый ею налог DST предотвратит введение аналогичных мер на национальном уровне внутри ЕС, однако последние события в Великобритании, Франции и Италии позволяют сделать иной вывод. Более того, результатом поспешной и плохо продуманной цифровой налоговой стратегии ЕС может стать появление образца, который будет дублироваться на международном уровне. Тем самым, может возникнуть неоднородная глобальная налоговая карта, а запутанность, расхождения и различные формы двойного налогообложения будут приняты в качестве стандарта. Последствия этого налога – с точки зрения роста и выживания малых и средних предприятий во всём мире – могут оказаться весьма печальными. Есть и позитивные новости: ОЭСР демонстрирует значительный прогресс на пути к консенсусу по поводу цифрового налогообложения, которое будет охватывать поисковые системы, площадки интернет-торговли, а также платформы социальных сетей. Я твёрдо уверена, что сотрудничество на уровне ОЭСР и «Большой двадцатки» крайне важно для выработки справедливых и прозрачных налоговых правил для бизнеса, предлагающего цифровые услуги. Это подход, который я полностью поддерживаю, и который с намного большей вероятностью защитит интересы как бизнеса, так и экономики. Компании, подобные нашей, работают в подлинно глобальном мире. От нас требуют соблюдения самых различных налоговых законов и, как и все прогрессивные предприятия цифрового века, мы рады их соблюдать. Но мы хотим справедливой системы корпоративного обложения, которая бы поддерживала бизнес и помогала обеспечивать рост во всех отраслях экономики, а особенно в периоды, когда экономические условия становятся затруднительными. Фундаментом налогообложения бизнеса должна оставаться полученная прибыль, и сейчас крайне важно прийти к глобальному консенсусу по поводу выработки единых рамок налогообложения. Достижение этого консенсуса нельзя откладывать. С каждым днём глобальная экономика становится всё более цифровой. Будучи европейской компанией, мы хотим, чтобы бизнес в Евросоюзе рос, преуспевал и становился лидером в этом новом, потрясающем ландшафте. Сепаратные налоговые решения, подобные налогу DST, в отношении цифровых компаний являются близорукими и нереалистичными, а в конечном итоге они окажутся контрпродуктивными для всех. Джиллиан Танс – гендиректор Booking.com.

via | www.project-syndicate.org