ВАШИНГТОН – Является ли растущий долг корпораций пузырём, который рано или поздно лопнет? По данным нового доклада Глобального института McKinsey, за десять лет, прошедших после мирового финансового кризиса, долг нефинансовых компаний вырос на $29 трлн, то есть почти на ту же сумму, что и суверенные долги. Рыночная коррекция, вероятно, не за горами. Впрочем, рост размеров корпоративного долга не является столь уж зловещим, как может показаться на первый взгляд. И более того, в некотором смысле он даже указывает на позитивные экономические перспективы. На протяжении минувших десяти лет рынок корпоративных облигаций переживал бурный рост, пока банки занимались реструктуризацией и приведением в порядок своих балансов. По сравнению с 2007 годом сумма корпоративных облигаций в обращении, которые были выпущены нефинансовыми компаниями, почти утроилась – до $11,7 трлн, а её доля в мировом ВВП удвоилась. Традиционно рынок корпоративных облигаций был сосредоточен в США, но теперь его участниками стали новые компании со всего мира. Массовый переход к облигационному финансированию – это позитивное явление. Рынки долгового капитала обеспечивают институциональных инвесторов важным классом активов, а для крупных корпораций они создают альтернативу банковским кредитам. Впрочем, очевидно, что многие заёмщики с повышенными рисками вышли на рынок облигаций, воспользовавшись многолетним периодом сверхдешёвых кредитов. В течение ближайших пяти лет предстоит погашение облигаций нефинансовых компании на рекордные суммы – по $1,5 трлн ежегодно. А так как некоторые компании будут испытывать трудности с выплатами, почти несомненно возрастёт число дефолтов. Среднее качество заёмщиков снизилось. В США 22% непогашенного долга нефинансовых компаний приходится на «мусорные» облигации, выпущенные эмитентами со спекулятивным кредитным рейтингом, а ещё 40% имеют рейтинг ВВВ, что всего на одну ступеньку выше «мусорного» уровня. Иными словами, почти две трети облигаций выпущены компаниями с повышенным риском дефолта, в том числе многими американскими ритейлерами. В этой отрасли много долгов спекулятивной категории, погашение которых приходится на ближайшие пять лет. И многим из этих компаний просто не удастся свести концы с концами из-за спада продаж, поскольку покупатели уходят в онлайн. Ещё один потенциальный источник уязвимости – быстрый рост корпоративного долга в развивающихся странах, на долю которого приходится две трети общего роста корпоративного долга в мире после 2007 года. В прошлом крупнейшими заёмщиками были компании развитых стран. Но многое изменилось благодаря экономическому подъёму Китая, где теперь находится один из крупнейших рынков корпоративных облигаций в мире. В период с 2007 по 2017 годы сумма находящихся в обращении облигаций китайских нефинансовых компаний выросла с незначительных $69 млрд до $2 трлн. Последний источник рисков – хрупкость финансового положения некоторых компаний, выпускающих облигации. Нет, конечно, согласно расчётам института MGI, в развитых странах лишь менее чем для 10% облигаций возрастёт риск дефолта в случае повышения процентных ставок на 200 базисных пунктов. А в Европе доля облигаций, выпущенных рискованными компаниями, сейчас составляет менее 5% в большинстве стран. Это говорит о том, что выпуском облигаций до сих пор занимались лишь крупные компании – «голубые фишки». Проблема в том, что существуют области уязвимости. Даже при рекордно низких процентных ставках (до того как 14 июня ФРС США повысила ключевую ставку до диапазона 1,75-2%) у 18% облигаций (на общую сумму примерно $104 млрд), которые были выпущены компаниями американского энергосектора, имелся повышенный риск дефолта. Впрочем, наибольшие риски явно связаны с развивающимися рынками – Китаем, Индией и Бразилией. Уже сейчас 25-30% облигаций на этих рынках выпущены компаниями с повышенным риском дефолта (к ним относятся компании с коэффициентом покрытия процентных платежей равным менее 1,5). И их доля может возрасти до 40%, если процентные ставки вырастут на 200 базисных пунктов. На этих развивающихся рынках некоторые отрасли более уязвимы, чем другие. В Китае треть облигаций, выпущенных промышленными компаниями, и 28% облигаций, выпущенных компаниями, которые работают в секторе недвижимости, имеют повышенный риск дефолта. Число корпоративных дефолтов в Китае уже сейчас медленно увеличивается. Тем временем, в Бразилии четверть всех корпоративных облигаций с повышенным риска дефолта выпущена промышленным сектором. Уровень корпоративных дефолтов в мире уже сейчас превышает усреднённый показатель за последние 30 лет, и, по всей видимости, он будет расти и дальше, по мере приближения сроков погашения облигаций. Означает ли это, что мы стоим на пороге нового мирового финансового кризиса? Краткий ответ – нет. Хотя отдельные инвесторы, вложившиеся в облигации, могут понести убытки, представляется маловероятным, что дефолты на рынке корпоративных облигаций окажут значительное шоковое воздействие на всю систему, как это произошло с субстандартными ипотечными облигациями, спровоцировавшими предыдущий финансовый кризис. Если не считать краткосрочные ухабы на дороге, переход к облигационному финансированию компаний является позитивным фактом. И есть ещё достаточно места для его дальнейшего устойчивого роста. Впрочем, по мере роста этого рынка, банкам придётся переосмыслить свои стратегии, обращая больше внимания на другие клиентские сегменты, например, малые и средние предприятия, а также домохозяйства. Со своей стороны, инвесторы и частные вкладчики получат новые возможности для диверсификации портфеля. Впрочем, если финансовый кризис десятилетней давности нас чему-то и научил, так это тому, что риски часто возникают там, где мы их меньше всего ожидаем. Именно поэтому регуляторы и власти должны продолжать внимательно отслеживать существующие и потенциальные риски, например, риски, возникающие из-за кредитно-дефолтных свопов по корпоративным заёмщикам или же из-за сложных инструментов секьюритизации облигаций. Кроме того, они должны поощрять создание электронных платформ для продажи и торговли корпоративными облигациями, с тем чтобы повысить прозрачность и эффективность на рыночных площадках. Благодаря этому, сегодняшний долг с меньшей вероятностью превратится завтра в долговой навес. Сьюзен Ланд – партнёр McKinsey & Company, руководитель в Глобальном институте McKinsey.

via | www.project-syndicate.org