ВАШИНГТОН – Инфляция вернулась быстрее, подскочила выше и оказалась сильнее и упорней, чем изначально считали возможным крупнейшие центробанки. В начале эта проблема доминировала в новостях США, но затем попала в центр политических дискуссий во многих других развитых странах. В 15 из 34 стран, которые классифицируются как развитые в докладе Международного валютного фонда «Перспективы мировой экономики», инфляция за 12 месяцев (к декабрю 2021 года) превысила 5%. Столь внезапный и массовый переход к высокой (по современным стандартам) инфляции не наблюдался уже более 20 лет.

 

 

Ведущие факторы всплеска инфляция различаются в разных странах, особенно если сравнивать развитые страны с развивающимися. Диагноз «перегрева» экономики, о котором в основном говорят в США, нельзя поставить многим развивающимся странам, где масштабы бюджетных и монетарных стимулов для борьбы с последствиями Covid-19 были ограниченными, а темпы восстановления экономики в 2021 году сильно отставали от высоких темпов в развитых странах.

 

Кроме того, спровоцированный пандемией обвал экономики и её последующее восстановление заметно различались в разных группах стран, сформированных по уровню доходов. Восстановление здесь определяется как возврат экономики к подушевому уровню доходов в 2019 году. Примерно 41% развитых стран с высоким уровнем доходов достигли этого порога к концу 2021 года, в то время как среди развивающихся стран со средними доходами эта доля составила 28%, и всего лишь 23% среди стран с низкими доходами.

 

Впрочем, неравенство между развитыми и развивающимися странами даже сильнее, чем следует из этого сравнения, потому что многие развивающиеся страны ещё до пандемии фиксировали снижение подушевых доходов, в то время как развитые страны в основном брали новые высоты. Хотя в последние два года многие развивающиеся страны снизили оценку потенциального ВВП, мало что свидетельствует о том, что инфляционное давление в этих странах вызвано в первую очередь перегревом экономики после значимых мер государственного стимулирования.

 

Общим для развитых и развивающихся стран стал рост цен на сырьевые товары на фоне повышения глобального спроса. В январе 2022 года цены на нефть повысились на 77% относительно уровня декабря 2020 года.

 

Другая важная проблема, влияющая как на развитые, так и на развивающиеся страны, –ситуация с глобальными производственно-сбытовыми цепочками, на которые продолжают негативно сказываться события последних двух лет. Резко выросли транспортные расходы. И в отличие от шоков с поставками нефти в 1970-х годах, многочисленные шоки с поставками, спровоцированные Covid-19, оказались более разнообразными и менее прозрачными, а значит, и менее определёнными, как подчёркивается в новом докладе Всемирного банка «Глобальные экономические перспективы».

 

В развивающихся странах девальвация валюты (из-за сокращения притока иностранного капитала и снижения суверенных кредитных рейтингов) способствовала инфляции цен на импортируемые товары. А поскольку в развивающихся странах инфляционные ожидания менее стабильны и более чутко, чем в развитых странах, реагируют на изменения курса валюты, эти изменения обычно быстрее и заметней отражаются на ценах.

 

Другой важный фактор – инфляция цен на продовольствие. В 2021 году 12-месячные темпы роста цен на продовольствие превысили 5%-й порог в 79% развивающихся стран (в 86 из 109 государств). Хотя развитые страны тоже не имеют иммунитета от увеличения цен на продовольствие, лишь в 27% из них наблюдался рост цен выше 5%.

 

Хуже того, особенно сильно инфляция цен на продовольствие обычно бьёт по странам с низкими доходами (и по домохозяйствам с низкими доходами во всех странах), что делает её аналогичной регрессивному налогу. В развивающихся странах на продовольствие приходится более значительная доля потребительской корзины усреднённого домохозяйства, а это означает, что инфляция в этих странах, скорее всего, будет упорной. Рост цен на энергоносители сегодня напрямую приведёт к повышению цен на продовольствие завтра (через рост стоимости удобрений, транспортировки и так далее).

 

Хотя большинство развивающихся стран отказались от фиксированных валютных курсов (которые у них были в инфляционные 1970-е годы), пространство для «подлинно независимой» монетарной политики в небольших, экономически открытых странах остаётся ограниченным, даже несмотря на плавающий валютный курс. Для них риск импорта инфляции из глобальных финансовых центров не является каким-то реликтом прошлого.

 

И действительно, наиболее заметной особенностью нынешней инфляции является её повсеместность. В условиях отсутствия глобальных политических решений для устранения сбоев в производственно-сбытовых цепочках задача борьбы с инфляцией ложится на плечи крупнейших центробанков. Хотя США намерены провести умеренное (по историческим стандартам) ужесточение монетарной политики в 2022 году, этого вряд ли будет достаточно для ограничения роста цен. В статье 2013 года Кеннет Рогофф и я отмечали, что устойчивость инфляции в 1970-х годах в значительной мере объяснялась склонностью Федерального резерва США делать слишком мало и слишком поздно (пока его не возглавил Пол Волкер).

 

Да, в краткосрочной перспективе более своевременные и решительные действия крупнейших центробанков не стали бы хорошей новостью для развивающихся стран. Большинство из них столкнётся с ростом стоимости фондирования, а у некоторых значительно повысится вероятность долгового кризиса. Тем не менее, долгосрочные издержки откладывания решительных действий будут выше. Когда в 1970-х годах США и другие развитые страны не смогли быстро справиться с инфляцией, в конечном итоге им потребовались намного более драконовские меры, которые привели ко второй крупнейшей послевоенной рецессии в Америке, а также к долговым кризисам в развивающихся странах.

 

Как говорится, «один стежок, сделанный вовремя, стоит девяти». А тем временем возвращение инфляции будет и дальше усиливать неравенство – как внутри стран, так и между ними.