Panorama
Экономика Златовласки
ЛОНДОН –
Уолл-стрит берёт исторические высоты, а экономика США явно установит в июне новый рекорд, и поэтому кажется, что уныние, охватившее финансовые рынки в конце прошлого года, было в какой-то прошлой жизни. Страхи, что наступит рецессия, оказались полностью опровергнуты, а инвесторы, разделявшие мнение о том, что рынки всего лишь подверглись приступу иррациональной паники, наслаждаются самым сильным стартом года со времён 1998-го.
Американские горки на рынке легко объяснить – по крайней мере, задним числом. В прошлом году инвесторы вполне оправданно были встревожены из-за
четырёх угроз: излишне резкое монетарное ужесточение в США; эскалация американо-китайского торгового конфликта;
резкий подъём цен на нефть (с вероятным возвратом к $100 за баррель или выше); новый кризис в еврозоне, вызванный беспрецедентной коалицией левых и правых популистов, которая возникла после выборов в Италии. Но уже к концу года все эти угрозы ослабли: Федеральный резерв совершил разворот к мягкой политике, американо-китайская торговая война сменилась перемирием, нефтяные цены упали, а Италия вполне мирно урегулировала свой бюджетный конфликт с Еврокомиссией.
Поскольку перечисленные проблемы отступили, резкий подъём котировок, продолжающийся с января, оказался легко объясним и даже предсказуем. Вопрос теперь в том, приведёт ли он к восстановлению «бычьего» рынка, или же мы имеем дело всего лишь с временным отскоком.
Я считаю, что бычий рынок сохранится, даже несмотря на тот факт, что он уже побил рекорд по продолжительности. Экономика США тоже побьёт исторический рекорд в июне, вступив в одиннадцатый год непрерывного подъёма. Фундаментальная причина этого заключается в том, что сочетание очень низкой инфляции с умеренно сильной экономической активностью, которое стало характерно для мировой экономики после финансового кризиса 2008 года, не демонстрирует никаких признаков предстоящего исчезновения.
Эта благоприятная перспектива выглядит противоречащей двум концепциям, доминирующим в экономических комментариях со времён финансового кризиса: «вековая стагнация» и «дефляционная новая нормальность». Обе оказались ошибочными и вводящими в заблуждение. Идея «вековой стагнации» оказалась просто неверна, по крайней мере, в качестве описания мировой экономической активности. С момента окончания рецессии в середине 2009 года темпы роста мировой экономики составляли в среднем 3,7%, что в реальности даже чуть выше, чем средние темпы роста в течение 30 лет, предшествовавших 2008 году, – 3,6%. В текущем десятилетии не было ни одного года, когда глобальные темпы роста опускались бы ниже 3%.
Как такое может быть в условиях замедления темпов роста экономики в Европе, США и Китае после кризиса? Объяснением служит простая арифметика: доля Китая и других развивающихся стран в мировой экономике сейчас намного больше, чем в предыдущие десятилетия. Их нарастающее доминирование создаёт эффект базы, который перевешивает замедление их собственных, национальных темпов роста. Например, в прошлом году ВВП Китая вырос на 6,5% относительно базового уровня $14 трлн. В результате, его вклад в мировой ВВП оказался в два раза больше, чем в 2007 году, когда экономика Китая выросла на 14% относительно базового уровня $3,5 трлн.
Данные расчёты – это не какая-то статистическая причуда. Уверенный и неуклонный рост ВВП приводит к росту мирового спроса на сырьё, энергоресурсы, реальные товары и услуги, а это, в свою очередь, приводит к уверенному и неуклонному росту корпоративных прибылей. С другой стороны, концепция дефляционной «новой нормальности» будет выглядеть верной, если обращать внимание на инфляцию, а не на темпы роста экономики. В странах ОЭСР средние темпы роста инфляции в течении 30 лет до 2007 года (включительно) составляли 6,2%, но после 2008 года они упали до всего лишь 1,9%.
На Уолл-стрит комбинацию умеренного роста экономики с очень низкой инфляцией принято называть «экономикой Златовласки». Это девочка из сказки, которая хочет, чтобы её овсянка была «не слишком горячей и не слишком холодной». Однако в экономике Златовласки есть критически важная особенность, которую не понимают многие инвесторы, экономисты и даже центральные банки. Речь идёт о явном противоречии между высокими ценами на акции, что, по всей видимости, предвещает мощную экономическую активность, и падением доходности облигаций, что, по всей видимости, предвещает глобальную рецессию или вековую стагнацию.
Большинство экономистов, похоже, уверены в том, что рынки акций излишне оптимистичны и ошибаются, а рынки облигаций «знают что-то» ужасное о будущем, и они правы. Впрочем, другие экономисты делают прямо противоположные заявления. Но обе стороны не замечают, что в мире непрерывного умеренного роста экономики и постоянной низкой инфляции рынки акций, которые кажутся оптимистичными, и рынки облигаций, которые кажутся пессимистичными, не противоречат друг другу. Заоблачные цены на акции и достигшие дна доходности по облигациям просто сигнализируют совершенно о разном.
Цены на акции определяются перспективами реальной экономической активности и тех ожидаемых корпоративных прибылей, которые станут её результатом. А цены на облигации определяются перспективами роста инфляции и тех ожидаемых процентных ставок, которые станут её результатом. В докризисном мире сильный рост экономики почти неизбежно означал рост инфляции, а значит, повышение процентных ставок. Но в ходе минувшего десятилетия связи между экономической активностью, инфляцией и монетарной политикой, которые в 1980-х и 1990-х считались чем-то само собой разумеющимся, полностью распались.
Существовавшая до кризиса догма, что инфляция «всегда и везде является монетарным явлением», оказалась полной чушью, по крайней мере, для развитых стран, где центральные банки печатали деньги как обои, а инфляция на это никак не реагировала.
Разрыв прежних связей между ростом экономики и инфляцией мог произойти из-за глобализации, технологий, демографии, ослабления организованных профсоюзов или по каким-то другим причинам. Но какими бы они ни были, последствия этого разрыва для финансовых рынков сейчас должны стать совершенно очевидны. Пока будет сохраняться сочетание неуклонного роста экономики с низкой инфляцией, цены на финансовые активы будут оставаться намного выше (а доходность облигаций намного ниже), чем считалось нормальным в докризисной аналитике. Рано или поздно те или иные политические шоки, несомненно, разрушат это счастливый баланс уверенного роста мировой экономики и низкой инфляции, как это едва не произошло в прошлом году из-за торговых войн и нефтяных санкций, объявленных президентом США Дональдом Трампом. Но пока подобные шоки не стали реальностью, инвесторы могут расслабиться и наслаждаться овсянкой – такой, как они любят.
Анатоль Калетски – главный экономист и сопредседатель Gavekal Dragonomics, автор книги «Капитализм 4.0. Рождение новой экономики».
via | www.project-syndicate.org
2030 vizualizări
Data publicării:
23 Mai /2019 14:02
Catalogul tematic
Noutăți
0 comentarii
Cont nou
Parola repetat *
Autentificare
Autentificarea se poate efectua cu ajutorul adresei de E-mail sau a Login-ului
E-mail/Login *
Parola *