Экономика Соединенных Штатов приближается к полной занятости населения, и, возможно, это уже так и есть. Но благоприятная тенденция занятости населения Америки сопровождается существенным увеличением рисков финансового сектора в связи с чрезмерно мягкой денежно-кредитной политикой, которая была использована для достижения текущего экономического восстановления. Общий уровень безработицы снизился до 5,5%, а уровень безработицы среди выпускников колледжей составляет всего 2,5%. Рост инфляции, как правило, происходит, когда экономика достигает таких уровней занятости, но был временно отложен из-за снижения цен на нефть и роста стоимости доллара на 20%. Укрепление доллара не только снижает стоимость импорта, но также оказывает понижающее давление на цены отечественных товаров, которые конкурируют с импортом. Вероятно, рост инфляции начнется в следующем году. Возвращение к полной занятости отражает стратегию ФРС о “нетрадиционной денежно-кредитной политике” - комбинации массивных покупок долгосрочных активов, известных как количественное смягчение и ее обещание сохранить краткосрочные процентные ставки, близкие к нулю. Низкий уровень всех процентных ставок, к которому привели эти политики, вынудили инвесторов покупать акции и повысить цены на занимаемые собственниками дома. В результате чистая стоимость американских домохозяйств в 2013 году выросла на $10 трлн, что привело к увеличению потребительских расходов и инвестиций в бизнес. После очень медленного изначального восстановления, во второй половине 2013 года реальный ВВП начал расти годовыми темпами более 4%. Потребительские расходы и бизнес-инвестиции оставались на таком же уровне в 2014 году (за исключением первого квартала, связанного с погодой и эффектами исключительно суровой зимы). Этот сильный рост поднял занятость населения и принес экономике полную занятость. Но нетрадиционные денежно-кредитные политики ФРС также создали опасные риски для финансового сектора и экономики в целом. Очень низкие процентные ставки, которые в настоящее время преобладают, привели инвесторов к принятию на себя чрезмерных рисков с целью достижения более высокой текущей доходности своих портфелей, часто встречают обратные обязательства, которые установлены пенсионными и страховыми контрактами. Это достижение доходов привело к росту цен на все долгосрочные облигации до неприемлемых уровней, сужению кредитных спрэдов по корпоративным облигациям и задолженности развивающихся рынков, росту относительных цен коммерческой недвижимости, подтолкнуло вверх соотношение цены и прибыли фондового рынка более чем на 25% от его исторического среднего показателя. Низкие процентные ставки также спровоцировали кредиторов принять на себя дополнительные риски для поддержания прибыли. Банки и другие кредиторы предоставляли кредиты заемщикам более низкого качества, заемщикам с большим существующим долгом, кредиты с меньшим количеством условий для заемщиков (так называемые “товарно-залоговые кредиты”). Кроме того, низкие процентные ставки создали новую проблему: несоответствие ликвидности. Благоприятные затраты по займам вызвали огромное увеличение выпуска корпоративных облигаций, многими из которых владеют фонды взаимных инвестиции или биржевые фонды (ETF). Инвесторы этих фондов верят – правильно – что они владеют полной ликвидностью. При уведомлении за день они могут потребовать деньги. Но в таком случае взаимным фондам и ETF придется продать эти корпоративные облигации. Не ясно, кто будет покупателями, особенно с финансово законодательной реформой Додда-Франка 2010 года, что банки могут ограничить и увеличить свои требования к капиталу, что повысило стоимость держания облигаций. Хотя речь идет о компенсации этих рисков с макропруденциальными политиками, в США таких политик не существует, за исключением повышенных требований к капиталу, которые были введены коммерческими банками. Не существует политик по сокращению рисков в теневых банках, страховых компаниях или взаимных инвестиционных фондах. Итак, это ситуация, в которой ФРС сейчас находится и считает ее “нормализующей” денежно-кредитной политикой. Некоторые члены Федерального Комитета по Операциям на Открытом Рынке (FOMC, директивном органе ФРС) опасаются, что повышение ставки по краткосрочным федеральным фондам инициирует значительный рост долгосрочных ставок, создав убытки для инвесторов и кредиторов с дальнейшими неблагоприятными эффектами для экономики. Другие опасаются, что даже без таких финансовых потрясений текущая мощная производительность экономики не будет продолжаться, когда процентные ставки повышаются. А третьи члены FOMC хотят удерживать процентные ставки для того, чтобы привести уровень безработицы еще ниже, несмотря на перспективы ускорения инфляции и другие риски финансового сектора. Но, в конце концов, члены FOMC должны признать, что они не могут откладывать увеличение процентных ставок на неопределенный срок, и что, как только начнут повышать цены, то они должны получить реальную процентную ставку (с поправкой на инфляцию) по федеральным фондам до 2% относительно быстро. Моя собственная догадка, что они начнут повышать ставки в сентябре, и что ставка по федеральным фондам достигнет 3% с какого-то момента в 2017 году. Copyright: Project Syndicate, 2015.